— Об охоте не может быть и речи, — резко махнул рукой Фарлей. — У нас достаточно запасов провизии, поэтому мы во время пути ни в чем не будем нуждаться. Любые выстрелы только привлекут нежелательное внимание.

— Вы, мистер, уже когда-нибудь ездили этим маршрутом? — проявлял настойчивость Флетчер, желая непременно все разузнать у хозяина фургона.

— Я совершал такие поездки раз пять и прилично изучил дорогу. Место для каждой нашей стоянки заранее выбрано, но если что-нибудь, не приведи Бог, сложится не так, у меня обдумано несколько запасных вариантов.

— Расскажите все же, как проходили ваши прежние поездки.

— Первый раз я вез охотников с гор. Пятеро, увы, были убиты, и мы потеряли все шкуры.

— Ну, а другие? Столь же неудачны?

— Во второй поездке пассажиры были в основном солдаты, поэтому никаких проблем не возникло, кроме разве нескольких по дороге потерянных мулов. Да... один пассажир заблудился и отстал. В следующий раз я ехал уже с целым караваном фургонов и добрался до Лос-Анджелеса благополучно, не считая оставленных на дороге двух других экипажей. Да и скота пало тогда... ну, совсем немного.

— Лос-Анджелес? Я что-то никогда и не слыхал о таком месте.

— Мы направляемся туда. Это небольшой городок, где живут ковбои, всего в каких-нибудь двенадцати милях от моря.

— Сколько вы, мистер, хотите за проезд?

— Триста долларов с каждого. Оплата сразу.

— О! Это же куча денег!

— Платить или не платить, мистер Флетчер, — ваше дело. Коли будете ждать до весны, это обойдется вам, конечно, в два-три раза дешевле. Но сейчас я говорю только с теми, кто желает отправиться в путь немедленно. — Фарлей помолчал. Потом уточнил: — Отправляемся на рассвете.

— А сколько вы возьмете за поездку сына? — подал голос мой отец.